От деда к внуку: история длиной в 60 лет
Рубрика «Время в объективе», стартовавшая в газете «Нефтяник» в преддверии 60-летия компании, вдохновила на новый материал о пионерах белорусской нефтедобычи. На уже знакомом снимке, запечатлевшем операторов по добыче нефти на Речицком нефтяном промысле, своего дедушку Николая Ткачёва узнал его внук – заместитель начальника цеха автоматизации производства НГДУ «Речицанефть» Игорь Зайцев.
Штат Речицкого укрупненного нефтепромысла на старте был совсем скромным – около двух десятков человек. Это те, кто стоял у истоков, заложил основу будущего коллектива, задал темпы развития. В их числе был и Николай Ткачёв. В Речицу он приехал уже будучи опытным оператором по добыче нефти и газа. За плечами были десять лет работы на нефтепромыслах Грозного. Игорь Зайцев рассказывает:
Николай Александрович – мой дедушка по материнской линии. Родом из деревни Шерстин Ветковского района. После службы в армии вернулся домой, женился. Кардинально изменить свою судьбу – поехать в Грозный, чтобы добывать там неведомое черное золото, его уговорил муж сестры, который служил тогда на Северном Кавказе. Он увлекательно рассказывал о кавказской нефти, о том, какие перемены могут произойти, если связать жизнь с этой сферой. Дедушка решился и вместе с супругой Анной Алексеевной уехал осваивать новую для себя профессию. В Грозном обжился, построил дом.
Потом жизнь Николая Ткачёва круто изменили вести с Родины. Отец с волнением сообщил, что в Речицком районе Белоруссии нашли нефть, и заниматься добычей черного золота теперь можно практически дома. Подтверждала слова отца и публикация в газете «Советская Белоруссия» об открытии промышленных запасов белорусской нефти. Николай тут же взял отпуск и приехал в Речицу. Небольшой городок буквально бурлил нефтяными новостями, в нем было много приезжих специалистов самых разных национальностей. Осмотревшись, пошел к начальнику укрупненного нефтепромысла Борису Минееву. Тот взглянул на документы, сразу понял, что опыта пришедшему к нему нефтянику не занимать. Предложил работу.
Николай Ткачёв долго не раздумывал:
Если Родина зовет, значит, надо!
И в апреле 1965-го в числе первых операторов по добыче нефти он приступил к выполнению служебных обязанностей уже на белорусской земле.
Это был особый период. Время первопроходцев, людей, для которых добыча нефти на месторождениях стала делом всей жизни. Первый нефтепромысел строился в условиях дефицита материалов, острой нехватки техники, транспорта, специалистов.
Внук продолжает:
В памяти всплывают вечера, когда дедушка, потирая натруженные руки, начинал очередной рассказ о том, как все создавалось. Он и его сподвижники почти все делали с нуля. Контора нефтепромыслового управления находилась в старом деревянном доме по улице Конева. Свой вагончик был у геофизиков. Затем появились и другие, где размещались будущие структурные подразделения «Белоруснефти». Из древесных плит на промысле смастерили операторскую для 11 специалистов. Несмотря на трудности, они все делали с большим энтузиазмом. Часто после тяжелой смены дедушке с коллегами приходилось еще и разгружать вагоны с цементом и стройматериалами. Усталости они не чувствовали, ведь делали все для себя, для будущего.
Сначала были только две работающие скважины. Запускали их в пробную эксплуатацию в авральном режиме. Бывало, люди находились на промысле сутками. Дедушка рассказывал, как рос и развивался Речицкий укрупненный промысел, как в болотистой топи один за одним появлялись новые станки-качалки, наращивая добычу углеводородного сырья.
Он говорил о нефтяном братстве, которое образовалось не в уютных кабинетах, а на скважинах, где и в жару, и в стужу шла борьба за каждый баррель черного золота, к которому нефтяники настойчиво пробивались сквозь белорусские торфяники.
– Тогда еще и не пахло автоматикой, – делится внук воспоминаниями деда. – Зима, мороз за тридцать, а тебе нужно идти и вручную перекрыть задвижку. Никто не считал затраченного времени, не жаловался на трудности. Слов «не буду», «не хочу» и в помине не было в лексиконе белорусских нефтяников. Общее дело сплачивало людей. Вместе радовались успехам, особенно когда скважины давали долгожданную нефть.
На работу Николай Ткачёв часто брал баян, говорил, что он не мешал делу, а скорее помогал. Добывая нефть, не забывали и о своих детях – по выходным ездили на катере в Горваль и строили там пионерский лагерь им. Марата Казея. Тогда это были примитивные щитовые летние домики.
Николай Александрович заочно окончил нефтяной техникум в Саратове. Он прошел большой трудовой путь: был оператором по добыче нефти, помощником мастера, мастером, начальником смены ИТС, заместителем начальника промысла. Его супруга также трудилась в «Белоруснефти» – библиотекарем в ДКиТ «Нефтяник». Накопленным опытом Николай Ткачёв охотно делился с молодежью. Он был настоящим наставником – воспитал несколько поколений нефтяников. В числе учеников был будущий директор БГПЗ Анатолий Бурьяк.
В 1993-м Николай Ткачёв вышел на заслуженный отдых. Казалось, теперь-то заядлому рыбаку хватит времени на любимое хобби. Но он вернулся на работу – вновь, как в молодости, оператором по добыче нефти и газа. И еще несколько лет учил молодых специалистов азам мастерства.
Нефтяная линия Николая Ткачёва не прервалась. Его дочь Надежда, мать Игоря Зайцева, также посвятила жизнь этой отрасли. После окончания школы стала лаборантом химического анализа цеха научно-исследовательских работ, затем оператором по добыче нефти и газа цеха № 1 НГДУ «Речицанефть». Без отрыва от производства окончила Дрогобычский нефтяной техникум. Эстафету подхватил и его внук Игорь, с малых лет он мечтал стать нефтяником:
В этой сфере трудились не только мои дедушка и мама, но и отец. Он был электромонтером по ремонту диспетчерского оборудования и телеавтоматики, причем в том же цехе, где сегодня работаю я.Никто из родных не настаивал, чтобы я шел по их стопам. Но когда мы собирались вместе, то каким бы ни был повод, разговоры постепенно переходили к теме нефти. Говорили о внедрении новых методик, о поисках подходов к капризным пластам. Это была атмосфера, которой невозможно было не заразиться.
Игоря с детства привлекали техника, электроника, приборы. Он любил мастерить, конструировать. Часто разбирал игрушки, чтобы посмотреть, какие внутри механизмы. Это оказало влияние на выбор будущей профессии – стал учащимся Гомельского колледжа электротехники. После окончания в 2004-м устроился в НГДУ «Речицанефть» в цех автоматизации производства электромонтером по ремонту оборудования, где ранее проходил практику. Так Игорю удалось совместить детское увлечение с мечтой стать нефтяником и работать с радиоэлектронным оборудованием. Буквально через год его перевели на должность мастера. Потом продолжил образование в ГГТУ им. П. О. Сухого, освоил специальность «инженер промышленной электроники».
Если Николай Ткачёв был оператором по добыче нефти, который привык на скважине все делать вручную, полагаться на силу, опыт и профессиональную «чуйку», то его внук представляет собой уже новую генерацию нефтяников. Сегодня Игорь Зайцев трудится заместителем начальника цеха автоматизации производства НГДУ «Речицанефть». Это современная производственная структура, оснащенная системами автоматизации, средствами контроля и измерения. Можно сказать, «глаза и уши» операторов, а также всего нефтедобычного блока. В ведении подразделения – техническое обслуживание всех систем, контроллеров и датчиков, которые круглосуточно фиксируют на месторождениях многочисленные параметры работы промыслового оборудования и отправляют полученную информацию в Центр интегрированных операций.
– Когда мы занимаемся настройкой оборудования на сложном участке и что-то идет не так, я часто вспоминаю дедушку, – делится Игорь Зайцев. – Он говорил: «Нефть ошибок не прощает и спешки не любит. Относись к ней с уважением». Для меня это как закон, который не прописан ни в одной инструкции, но помогает собраться с мыслями и принять верное решение.
Зайцевы бережно хранят старые вырезки из газет и журналов ХХ века. Многие из них сделал еще сам дедушка. Это важная часть летописи семьи, НГДУ «Речицанефть» и всей белорусской нефтяной отрасли.
– Дедушка не любил громких и пафосных слов, – улыбается Игорь Зайцев, бережно откладывая газету со знакомым старым снимком. – Но он точно был бы рад узнать, что его дело живет.
